...

Это утро было необычайно светлым. Птицы еще не окончили петь свои песни, приветствующие восход, а солнце уже поднялось высоко и согревало по-весеннему тепло. Несмотря на оттепель, землю еще покрывала ледяная корка, намерзающая ночь от ночи. Поэтому на своих высоких гэта Айо ступала осторожно, при этом ее походка оставалась столь изящной, что ненароком на девушку засматривались все мимо проходящие мужчины. Их не пугал даже пронзительный взгляд ее спутника. Сайто молчал, не делая попыток срубить наглецам голову, но Айо казалось, что он запоминает каждого из них, чтобы встретиться с ними позже, но уже обнажив меч.
© «Демоны — прочь! Счастье — в дом!», Анастасия Энн

Цветы

Экзайл провел рукой по лицу, в тщетной попытке стереть едкий пот и, закрыв глаза, оперся на меч. В Стратхольме все еще валил черный дым от сожженных домов, пепел кружил в тяжелом воздухе, искры рассыпались по каменным мостовым.
Рыцарь отважно прокладывал себе путь к центру города-призрака, повергая в прах бывших жителей Стратхольма, что ныне стали служителями Плети. Паладин прошел по улицам, очистив их от скверны, и в конце своего пути узрел богатый цветник.
Часть оранжерей была иссушена, другая часть – сгорела в нещадном пламени, но посреди опаленных, высохших мертвых ветвей кустарника все еще росли последние в городе цветы. Они источали тонкий, едва уловимый в этом воздухе, наполненном тленном и гарью, аромат.
Экзаил стянул с рук латные рукавицы, достал из-за пояса длинный охотничий нож и срезал цветущие бутоны.
© «Стратхольмская Лилия», Анастасия Энн

Очевидец будущего

В этом всегда была трудность дара Адиканишь: когда видишь будущее, буквально пропускаешь через себя человека, который в этом будущем есть, невозможно не переживать те смутные видения, являясь по сути их очевидцем. Они уже перестают быть только возможным будущим, они становятся воспоминаниями. После такого сложно осознать факт, что человек из твоих воспоминаний не хочет тебя и не принимает тебя. Да, это больно. Это уродует душу. И в один момент эти шрамы, рваные раны, весь ужас, что таится внутри — оголяются.
© «По велению Владыки демонов», Анастасия Энн

Возмездие

Если бы не моя жестокость, нам бы ни за что не удалось выжить. Нас бы сломили орки, нас бы уничтожили эльфы крови! Ты прекрасный правитель, но только пока рядом есть те, чьими руками свершается возмездие.
© «Роксенисс», Анастасия Энн

Молодой цветок

И вот у него на глазах распускался молодой, еще нетронутый росой цветок, пленивший плавными движениями рук, нежными изгибами бедер, укутанных в шелка дорогого кимоно, томно вздымающейся грудью и опущенными в пол глазами. Он боялся встретиться с ней взглядом, казалось, что за веками девушки белой изморозью сверкают осколки льда, память о которых плотно засела в сознании. Когда танцовщица проходила рядом с зажженными светильниками, ее волосы вспыхивали красным огнем, и тут же затухали, стоило ей уйти в тень.
© «По велению Владыки демонов», Анастасия Энн

Шанс

Я стояла посреди беснующейся толпы, запрокинув голову и вперив пустой взгляд в огромное черное небо, усеянное ослепительно яркими звездами. Сильные гибкие тела извивались рядом со мной в диком танце, подчиняясь единому ритму. Их движения были синхронны и гармоничны, и от барабанного боя сотрясались не только земля, но и небеса.
Глаза медленно наполнялись слезами, ощущение большой трагедии сейчас волновало сердце абсолютно каждого человека. Мы не знали, что уготовано нам судьбой, что случится с нами и нашей планетой, но эти дикие танцы на устланной каменными плитами площади у подножия храма были подобны крику отчаяния… или крику о помощи.
А я просто стояла, не в силах пошевелить не единым членом, мое сознание отобрало все мои силы. Я наблюдала движение неба над головой, и вдруг поймала себя на мысли, что ощущаю вращение планеты. Дух захватывало от ощущения, что под ногами, в общем-то, и не такая устойчивая поверхность, а мир с бешеной скоростью мчится в бесконечность. Голова кружилась, что я едва не теряла сознание. От чувства, что я возвышаюсь над миром, и моя голова чуть ли не касается облаков, к горлу подкатывала тошнота. Тело сотрясается мелкой судорогой, начинает казаться, что ветер свистит в ушах — и я просто падаю в бездну.
Оглядываюсь по сторонам — вверх снопы искр мечут костры, и уже нет сомнений, что я могу перейти за край и при желании вернуться обратно.
Это не было похоже на смерть. Я не видела, как душа покидает тело, как медленно воспаряет к небесам. Возможно, я и не жила никогда, чтобы сейчас умереть… Я просто объяла всю Вселенную, увидела ее в полной мере и во всей красоте. Огромная, живая, пульсирующая, почему-то мне напомнила нераскрывшийся бутон цветка. Такая же благоухающая и волнительная. Тревога начала нарастать несколько позднее, как гул приближающегося осиного роя. И увидела тогда летящие навстречу друг другу тысячи метеоритов и комет, столкновения которых сотрясали материи. Они раскалывались на части и снова разлетались. И в этом тоже была жизнь, и своя гармония, и даже красота. И в постоянном круговороте пространства и материй, маленькая планета неслась мне навстречу, чтобы неизбежно погибнуть.
Читать дальше →

Устои семьи

Устои нашей семьи всегда были просты. Мы были единым организмом, единой системой. Но и не сказать, что обходилось совсем без конфликтов: даже будучи частями единого целого, каждый был индивидуальной личностью, и к общему мнению могли придти разве что супруги одной пары. Но мы умели искать и находить компромиссы.
Однако тогда мы еще не знали, что в наш быт вмешается нечто такое, чему мы не сможем противостоять.
Наша семья состояла из тридцати двух человек, или шестнадцати пар. По какому принципу сложились наши пары, нам неизвестно. Мы не строили отношения, как сейчас это принято среди наших потомков. Мы просто вышли из Голубого сияния все вместе, держа за руки своих супругов. Как будто мы были рождены близнецами. Собственно, мы никогда и не ставили эту идею под сомнение. Мы были уверены в том, что являемся детьми единого Отца. Мы были рождены Пламенем в тот день, когда наш корабль приземлился на планету, целиком покрытую водной гладью.
Это не было похоже на тот мир, о котором нам рассказывали, и мы боялись, что при приземлении корабль уйдет под воду. Но приземлились мы на твердую поверхность. Когда корабль, пройдя через плотные слои атмосферы, разогрелся и воспламенился, его падение в водную среду вызвало испарение огромных масс воды. Вокруг корабля, насколько хватало глаз, простиралась выжженная земля, и мы, не зная сомнений, первыми ступили на нее.
Первые четыре пары, восемь существ, еще не полностью адаптированных к материальным телам, начали познавать окружающий мир. Мы обнаружили следы зарождающейся жизни, и помочь ей развиться — было основной нашей задачей.
Остальные члены нашей семьи предпочли погрузиться в сон, охраняя Голубое пламя Жизни, ставшее нашим Источником.
Мы с интересом преобразовывали окружающий нас мир. Он был чист и прекрасен. Он был первым, который мы увидели, так как родились незадолго до приземления.
Этот мир должен был стать нашим домом, и мы с готовностью приняли его сумеречные, от горизонта и до горизонта, затянутые свинцовыми тучами, небеса, горячие воды Мирового океана и песчаные белые отмели, которые напоминали обглоданные ребра огромного животного.
В тот день, когда мы покинули корабль, началась величайшая легенда, которой суждено будоражить умы и сердца миллионов наших потомков и по сей день.

Отрывок из будущей повести

— Что Вас беспокоит, Сайто-сан? Какие мысли омрачают Ваше лицо?
Айо поставила перед ним чашку чая и засеменила к своему месту. Она всегда говорила так, как того требовал этикет. Всегда учтива и внимательна, как будто ей это доставляет радость.
Ее ждала блестящая карьера, и Сайто был рад, что она стала его женщиной еще до того, как молва о ней докатилась до императорского дворца. Только благодаря исключительному стечению обстоятельств она теперь принадлежит ему одному.
— Тебе не стоит волноваться об этом. Вполне достаточно того, что ты готовишь для меня чай.

© «Демоны — прочь! Счастье — в дом!», Анастасия Энн

Фикция

Автор: Анастасия Энн
Фэндом: Ориджиналы
Описание: Мы связаны прочно и звучим на одних волнах, пробиваясь через помехи друг к другу. Наша связь нерушима, наши чувства — остов. И пусть мы мним себя фикцией, но никто не знает, что будет завтра.

Ты один у меня остался. Скорее, даже всего лишь твой призрачный образ.
Я сходила с ума от одиночества. Даже в кругу людей, которых могла бы назвать друзьями, если бы они таковыми являлись. И русская пословица, как всегда, права: друг познается в беде.
Почему же сейчас никого нет рядом? В ужасные пустые дни, когда больше всего нуждаешься в поддержке, во внимании.
Но ты рядом, как печать проклятия… или благословения. Твои прикосновения и нежны, и мучительны. И всё влекут в мир грез и наслаждений. Твой запах лишает воли, твои глаза как хмель, а поцелуи подобны вспышкам молний дождливой ночью.
Эмон-Ра…
Осознаешь ли ты, кто я, когда слышишь мой зов?
Видишь ли ты меня, когда отвечаешь на мои поцелуи?
Ничто не имеет значения, когда я врываюсь в твои мысли пьянящим облаком иллюзии и протягиваю тебе руку.
В первый раз было так странно, непривычно, похоже на сон. Так удивительно было услышать твой отклик на мой зов, увидеть твои чарующие глаза цвета темно-бордового вина, незабываемую улыбку твоих пухлых нежных губ. Твоя красота божественна, и я просто не могу отвести взгляда.
Так и стояла рядом, не веря в то, что ты рядом, в то, что это действительно ты… Ведь все мои мечты, самые абсурдные фантазии, самые волнующие образы слились воедино в тебе одном.
Я провела кончиками пальцев по твоим высоким скулам, широкому лбу, крупному носу с горбинкой… Это ты, мой Эмон-Ра!
Любимый…
Единственный…
Читать дальше →