Глава III, эпизод 5

Он спал по-детски безмятежно, и даже утренняя суета Киото не могла потревожить его сон. Такое было возможно только рядом с ней, это замечала и Айо, и этому удивлялся сам Сайто. У него было много врагов, многие люди желали ему смерти, поэтому что такое крепкий сон, воин уже успел забыть. Он привык быть всегда начеку, но рядом с Айо все тревоги отступали. Сайто догадывался, что с его избранницей что-то нечисто – волчий нюх не обманешь, но она искусно уходила от ответов на любые вопросы. Единственное как-то раз он спросил: «Ты ками?», а она лишь, улыбнувшись, ответила: «Я, скорее, по другую сторону». Этого ему вполне хватило, чтобы укрепиться в своих догадках.
А Адиканишь просто нравилось его дразнить. Ей это доставляло какое-то извращенное удовольствие. И еще она с радостью играла роль простой женщины, официантки в гостинице Шимабара. Но самой любимой ролью было – быть просто возлюбленной Сайто Хаджиме. Вопреки ее ожиданиям он умел любить, что, казалось, никак не соответствует образу хладнокровного убийцы. Любил он открыто, не ища оправданий и отговорок, не стесняясь собственных чувств. Проявлял заботу и внимание, может быть, по-мужски скупо, но Адиканишь это казалось чем-то особенным. Ей нравилось даже то, как он порой смотрит на нее, наблюдает со стороны, как она заваривает чай, как наливает сакэ. И, поймав его взгляд, в котором совершенно невозможно было прочитать его мысли, она улыбалась в ответ и прилагала еще больше стараний, чтобы ее движения были изящнее, красивее. Потому что ему это нравилось!
Он никогда не говорил слов любви, но Адиканишь этого и не ждала. Ей было достаточно просто того, что он рядом. Несмотря на суровый взгляд и неумение улыбаться. Будучи в мужской личине, она бы дала ему фору в напущенной строгости, но боялась не то, чтобы заикнуться о существовании у нее мужской формы, но даже просто допустить возникновения подозрений в том, что Айо и Адиканишь как-то взаимосвязаны. Он видел их обеих – и принял человеческую женщину, отвергнув демоницу. Поэтому, чем дольше Сайто будет пребывать в неведении, тем дольше будет оставаться рядом с ней.
После того, как Хаджиме выкупил контракт Айо с владелицей чайного домика, она стала свободной и могла идти куда угодно, но предпочла находиться в столице. Здесь под ее присмотром были отступнические кланы демонов, дворец императора и казармы Шинсенгуми. Девушка жила в своих старых апартаментах в гостинице, и Сайто всегда оставался у нее на ночь, в ее постели, сонно прижимая девушку к себе. Да так крепко, словно боялся потерять.
— Я никогда тебя не оставлю, я всегда буду рядом, — нашептывала она ночами, не смыкая глаз, прислушивалась к его мерному дыханию:
Я хотела бы спать и твои видеть сны,
Чтоб бок о бок стоять и делить на двоих
Ядра пушек и пули, и удары меча,
Чтоб самой умереть, жизнь тебе сохранив.
Едва светало, девушка отправлялась к колодцу, кипятила воду и заваривала душистый чай, чтобы к пробуждению любимого все было готово. Затем присаживалась на футон и любовалась своим мужчиной в первых лучах рассвета, нежных, золотисто-розовых.
Рассвет. Восход. Начало. Бхор*.
Теплый солнечный оттенок его кожи был приятен ее глазам, он так отличался от мертвенной белизны ее тела. Со светлыми рубцами колотых и резаных ран. Айо считала, что он неуязвим, но, судя по количеству шрамов, его ранили в бою множество раз. Встречались на теле воина и совсем свежие рубцы, розовые, набухшие. Девушка ласково касалась их холодными пальцами, чтобы снять жар приливаемой к ним крови. Под правой ключицей она заметила еще один шрам, едва заметный. Он привлек ее внимание своей формой, идеально округлой. Ей прежде не приходилось видеть таких: ни от удара копьем, ни от стрелы. Что за оружие могло оставить такой след? Всматриваясь, Айо наклонилась ниже.
— Это пулевое ранение, — прошелестел спокойный голос Сайто.
— Что за оружие оставляет их?
— Винтовки, револьверы…
— Я слышала о чем-то таком, но видеть не доводилось.
— Разве в твоей провинции не используют огнестрельное оружие?
— Нет, в основном наши мужчины сражаются на мечах, иногда используют копья, чакрамы, секиры, клинки.
Сайто вскинул бровь, его несколько удивляла осведомленность таю в видах холодного оружия. Женщины редко уделяют внимание смертоносным предметам, только если сами не берут их в руки.
— Есть искусные воины? – спросил он.
— Не без того, — уклончиво ответила девушка.
— Хотелось бы взглянуть на их оружие.
— Тебе наверняка представится такая возможность, — ее голос прозвучал тихо, но где-то внутри кричала Адиканишь: «Пойдем со мной! Доверься мне! Я покажу тебе новый мир, который будет принадлежать тебе. Миллионы дюр назовут тебя своим повелителем. Только иди за мной».
Мужчина поднялся с футона, коснувшись лица девушки кончиками пальцев. Она вздрогнула, смущенно отвела взгляд. Прикосновения все еще непривычны ей, но Айо покорно принимает его ласки. Отчего-то это задевало самурая, даже больше, чем ее ложь.
— Приготовь чай, — сказал он, накидывая на плечи кимоно, и вышел из комнаты.
— Да, господин, — отозвалась она, провожая мужчину низким поклоном.
Желудок скрутило, голова пошла кругом. Что-то изменилось в пространстве, но девушка поняла это поздно.
— Поистине впечатляющее зрелище – коленопреклоненный владыка Инфернуса! – раздался за окном саркастический смешок.
— Попридержи язык, Зесс, — ответила девушка, оборачиваясь на голос.
Несмотря на другую личину, Ее глаза все так же холодны, лицо как гипсовая маска, не выражает никаких чувств. С этим же человеком Она другая, даже нелепая внешность не может этого скрыть.
— Прости, владыка, — перепрыгнув через оконную раму и оказавшись в комнате перед очами Айо, демон изящно поклонился.
— Ты переходишь все границы вседозволенности, опаст.
Лука отметил про себя и грубый, язвительный тон Адиканишь и намеренное использование слов, дистанцирующих их друг от друга. Она не называет его по имени, отсекая все то немногое, что прежде связывало их. В душе шевельнулось негодование, подало признаки жизни отчаяние: что станет с ним, если Адиканишь вышвырнет его из дворца как надоевшую игрушку? Жизнь за пределами королевской милости казалась ему невозможной. Дальше – пустота, только тьма, которой нет конца.
Дюра выдавил из себя улыбку и виновато склонил голову.
— Как ты меня нашел?
— По запаху, моя госпожа, — Лука взял в руки ладонь девушки и поднес ее к губам, демонстрируя изысканные манеры. – Что еще мне было делать? Я должен был служить тебе, а ты стала избегать меня. Клан Адхират покинул дворец, твои советники оставили тебя, королевство раздирает война. Ты во всеуслышание заявляешь о своей помолвке и исчезаешь бесследно, что ни один демон не может отыскать к тебе дорогу.
— Ни один, кроме тебя, Зесс, — в порыве ветра в комнату впорхнула стая бабочек и позади опаста возникла фигура Элегии.
— И ты тут? – лениво заметила Айо, отчего-то эта ситуация ее ничуть не удивляла.
— Шла по следу ищейки, — женщина кивков головы указала на Луку. – Знала, что он приведет меня к тебе. Но такого увидеть никак не ожидала.
Демоница обошла таю кругом, придирчивая осматривая ее со всех сторон.
— И каково это, быть женщиной? В теле человека…
— Приятного мало.
— И кто он, твой избранник? Хоть краешком глаза бы взглянуть.
Есть одна простая истина, о которой не следует забывать Владыке демонов: стоит немного ослабить контроль, проявить лояльность по отношению к демонам, они не преминут воспользоваться этим. Почувствов свободу, каждый решит, что правитель больше не способен властвовать, что он растерял всю свою силу, и теперь любой способен свергнуть его. Это в крови инфернального племени – подминать под себя слабых, доминировать среди сильных, утверждать свою власть. Пассивное правление, безынициативность короля — залог его скорейшей смерти от рук врагов, но чаще – от рук близких товарищей. По-другому быть просто не может: свою волю надлежит навязывать, свою власть – утверждать.
— Кто сказал вам, — Айо окинула обоих презрительным взглядом, — что Темным генералам дозволено совать нос не в свои дела? Вы призваны сражаться и исполнять волю Владыки демонов. Полемика – не ваш удел.
— Простите, Ваше величество, но я была вынуждена отыскать Вас: кое-что изменилось… — женщина стыдливо отвела взгляд, и Айо вмиг помрачнела, брови грозно сошлись на переносице.
Теперь на месте таю был Владыка демонов, и статью, и взором, и внутренней мощью. Лука поежился – под этим взглядом, даже чужих глаз, ему было некомфортно, даже ненароком пожалел Элегию. Хотя ей не было до Луки никакого дела, как и Адиканишь, женщины были поглощены безмолвным противостоянием.
Владыка демонов дал своему генералу точные рекомендации и наказал следовать им неукоснительно, но тут она заявляет, что обстоятельства претерпели изменения. Ярость, долго сдерживаемая смертной плотью, начала вскипать в душе королевы.
— Ты – опытный воин, Элегия! В чем ты могла ошибиться?!
— Рейга узнал о предназначении Божественного света и отказался от затеи убить его. Теперь он преследует другую цель, он желает получить Светоч в союзники.
— Сам узнал? Без чьей-либо подсказки? – острый взгляд таю скользнул по стану светловолосой дюры.
— Тот самый Светоч? – удивился Лука, игнорируя конфронтацию двоих высших демонов. – Свет души архангела Ауриэль?
Женщины не удостоили Луку ответом.
— Я все исправлю, — тихо произнесла Элегия, понурив голову.
— Как? – строго спросила девушка.
— Некромант атакует Тосагаре сегодня, пока глава клана находится при дворе императора.
— Мой брат с ним?
— Неизвестно.
— Будь рядом с Рейгой, во что бы то ни стало – выполни приказ.
— Я справлюсь! – голос Элегии дрогнул.
— Я бы не была в этом так уверена, — таю перевела дыхание и наградила женщину красноречивым взглядом. – Не справишься, лишу тебя всех чинов, привилегий и выдам замуж.
От угроз Владыки демонов Элегия изменилась в лице: ее никак не радовала перспектива оказаться наложницей демона ниже ее рангом. Низко поклонившись, она стаей бабочкой выпорхнула в окно, и тогда взор Айо переместился на Луку.
— Да, — наконец, ответила она, — тот самый светоч Ауриэль. И, если Рей га решил завладеть им, он непременно своего добьется. Сил Элегии недостаточно, чтобы противостоять столь могущественному некроманту. Такаширо и Сайтрис находятся не в особняке, нет никаких известий об Йятри. А значит, наше положение шаткое, Лука.
Демон встрепенулся, расправил плечи – королева вновь говорит с ним, как с равным.
— Чем я могу послужить Вам, повелитель? – Кроссзерия склонил голову.
— Божественный свет необходимо уничтожить, — ответила девушка, совсем по-человечески забирая волосы наверх под заколку. – И доверить это я могу только своему ученику.
— Как прикажете, повелитель.
— Отправляйся в Эдо. Под разделяющий барьер ты не пройдешь, но как только появится Рейга, он разрушит преграду. Светоч не должен попасть в руки некроманта.
— Мой меч к услугам королевства, — демон припал на одно колено.
— Убить Божественный свет будет нелегко, даже Темному генералу. Не забывай о стражах Звелт – они всегда будут рядом с ней, и в этом сражении никто не сможет тебе помочь.
— Я учту это.
— И ни в коем случае не доверяй Элегии.
— Я давно разучился доверять. – Лука по-особенному тяжело посмотрел на девушку, и Айо поняла, что она стала последней, кто обманул его доверие. Только иначе было нельзя, и рано или поздно он это поймет.
— Иди, Зесс, твое присутствие здесь нежелательно.
— Это я уже понял. – Он снова поклонился, и одним прыжком перемахнул через подоконник.
Связь между учителем и учеником намного глубже любой другой, и сейчас Лука это понимал. Он испытывал ненависть к Владыке демонов за то, что он оказался именно таким, каким его описывали советники. За то, что смертный мужчина сейчас для повелителя значит намного больше, чем верный последователь. Это не была ревность, в конце концов, они знали, что их отношения не продлятся долго, но демона захлестывала кровавая ярость, непреодолимое желание разорвать мир на клочья, крушить все на своем пути. И сейчас больше всего хотелось свернуть воину шею, что так беспечно умывался во дворе у колодца, спустив с широких плеч ворот кимоно.
Оставаясь незамеченным под яркими лучами восходящего солнца, Лука пригнулся к черепице крыш, бесшумно подкрался ближе. Ему хотелось получше рассмотреть человека, понять, что в нем нашла королева, увидеть то, что увидела она. Она ведь ради него не просто покинула Инфернус – она стала человеком! Невзрачной, неказистой, с прямыми черными волосами. Просто женщиной. Кроткой, тихой, послушной. И это сильнейший демон Инфернуса! Какие чары околдовали ее, принудив поступиться своими принципами?
Мужчина даже на первый взгляд производил впечатление сильного воина, уверенного в себе, своем оружие, технике боя. Руки сильные, крепкие, ладони покрыты незаживающими мозолями от изнуряющих тренировок с мечом. Такие усилия в улучшении своих навыков не прилагают даже дюры. А этому – все было мало, с каждым днем он становился все лучше. Но он – только человек: ни один смертный не одержит победу в сражении с демоном! Лука поднялся, выпрямился во весь рост, из лиловых всполохов в руках возник тяжелый двуручный меч. Убить его так просто, и тогда Адиканишь вернется во дворец. Элегия найдет управу на Рейгу, Лука – сразит Божественный свет, и тогда Владыку демонов ничто не удержит в мире людей.
Бесшумный шаг вперед, человеческое ухо даже не различит этот звук. Но Лука остановился, не решаясь подойти к человеку ближе. Не потому, что испуган или не уверен в себе, а по той лишь причине, что на террасу вышла таю. Золото восхода преобразило ее внешность: в ее движениях сквозила грация, в каждый жест выверен, лицо прекрасной богини, а из запаха кимоно проглядывают обнаженные участки длинной чувственной шеи. Словно, приобретя человеческое тело, Адиканишь сама стала воплощением красоты и женственности. Но демон не смог разглядеть этого раньше.
— Сайто-сан, — позвал ее тонкий, звенящий голосок, совсем не тот, что принадлежал королеве.
Мужчина перевел взгляд на нее, и его лицо в одно мгновение смягчилось. Губы дрогнули, словно ему еле удалось сдержать улыбку, в глазах вспыхнуло пламя. И Лука никак не мог себе этого объяснить, это не было пламя страсти или сексуального желания. Так озарялись их бессмертные души, повстречавшись в смертных телах.
В руках таю было полотенце, которое она накинула на влажные плечи мужчины. Он укорил ее взглядом, но перечить не стал.
— Холодно же, — смущенно шепнула она в оправдание.
Воин улыбнулся и прикоснулся ладонью к ее волосам, словно извиняясь за то, что не может быть просто благодарен за заботу.
Наблюдавший за ними дюра отступил, он не верил своим глазам, не мог понять, что происходит между ними, что это за магическая связь. Адиканишь никогда не была такой с ним. Да ни с кем не была, даже с единоутробным братом! В ней никогда не было этой мягкости, заботливого участия. Что же произошло за то время, что они не были вместе? Что-то так изменившее ее…
— Люблю тебя, Хаджиме, — ее тихий голос ударил по нервам демона подобно бичу. Весь мир пошатнулся и ушел из-под ног. Солнечный свет бил по глазам, нещадно опаляя веки. В ушах звенело, демон был на краю безумства. Любовь, вот как! Лю. Бо. Вь. Невероятно.
Сейчас дюра жалел, что не было никого из старших демонов, с кем можно было поговорить, расспросить об этом проклятии, называемом любовью, кто помог бы разобраться в себе и все объяснить. Как жаль, что нет сурового наставника, что прячет за спиной крылья архангела, да и сможет ли Нирвасэн объяснить причины и особенности демонической любви? Больше всего Лука хотел сейчас оказаться рядом с мудрым Йятри. Он наверняка знает о любви и сможет объяснить, что происходит с королевой. Может, любовь – это болезнь? Может, Адиканишь надо спасать как от чумы?
Ответить некому, да и бесполезно метаться. Нужно выполнить приказ.
Приблизившись к скрытому от человеческих глаз разделительному барьеру, демон скрылся в ветвях деревьев, чтобы не выдать своего присутствия ни людям, ни дюрам. Что бы не происходило на душе Темного генерала, он получил распоряжение повелителя и должен следовать ему до конца. Демон задумался: а что, если из-за любви Адиканишь решит навсегда оставить престол? Кто тогда будет править Инфернусом? Что тогда станет с королевством? Он не помнит другого порядка в мире демонов, он родился, когда власть уже принадлежала ей.
«Лука, — предупредил настойчивый голос в сознании, — Рейга близко».
«Ты с ним?», — спросил он, узнав голос Элегии.
«Сражаться я буду за него, так что под ногами не мешайся: Повелитель ведь подослал тебя убить некроманта?»
«Да», — солгал Лука, не задумываясь.
«Даже не вздумай вмешиваться».
«Я побуду здесь в качестве стороннего наблюдателя», — опаст поспешил скрыть свои чувства, пока Элегия не догадалась об истинных причинах нахождения здесь фаворита короля.
Демоница хотела было предупредить зесса о том, что некромант обладает огромной властью над демонами, чтобы тот не ринулся в бой неподготовленным, но смолчала. Ей было безразлично, что станет с мальчишкой, пусть хоть шею себе свернет, доказывая владыке, какой он незаменимый солдат. Все это уже неважно – в Инфернусе скоро будет новый король.
Землю несколько раз тряхнуло, с деревьев посыпались сухие веточки и не опавшая с осени листва. Следом раздался оглушительный взрыв, и Лука увидел, как в небе растворился возвышавшийся над Тосагаре барьер. Теперь стражи Звелт знают, что во владения клана вторглись демоны.
Армия Рейги состояла преимущественно из нидаторехов, из тысячи низших демонов, которые, наверняка, доставят людям хлопот. Из сотни мидвелнов, что воспринимали предстоящую битву как развлечение. Дюжина опастов и четверо Темных генералов. Элегия – пятая, но она не была связана с некромантом печатью, и служила ему добровольно. Эта армия была поистине разрушительной, стражам Звелт против нее не выстоять.
Тьма наползала на белоснежные стены особняка Тосагаре, нидаторехи проникали в щели, заполняя здание изнутри. Там уже шло сражение, но Лука не мог ничего разглядеть. Тучи затянули небосвод, скрыв весеннее солнце. Снова тряхнуло, вздыбилась земля, поднимая в воздух пыль.
— Шусей, скорее! – раздался крик со стороны резиденции клана Гио. Вслед за криком что-то ослепительно вспыхнуло – и яркий луч света ударил в небо.
Мерцающий купол накрыл особняк и часть лесного массива, но уже было слишком поздно: демоны оказались внутри барьера. Да и успей страж возвести его вовремя, Лука сомневался, что это задержало бы армию Рейги.
Мидвелны уже толпились на поляне перед особняком, изрыгая бранную речь и осыпая проклятиями клан Гио, грозя скорой расправой стражам Звелт. Молодые мужчины и женщины отбивались от атакующих их со всех сторон нидаторехов. Те теснили их к выходу, рвали хрупкую человеческую плоть зубами и когтями. Слабое свечение лилось по телам стражей, исцеляя раны, сжигая демонов, попавших в сияние.
Зловонный смрад наполнял легкие, и никакая сила Божественного света не могла с ним справиться. Липкий запах, горький, как жженный сахар, бежал с кровью по венам, грозя свести божественных защитников с ума.
— Душно, — шепнула девушка в белых нарядах и осела на руки одного из стражей.
— Не трать силы, мы сами отразим нападение, — произнес он.
— Нет, Асаги, вы не сможете. Эта земля пропитана пороком и тьмой – дюры повсюду. Мы не выстоим, и к закату будем мертвы все до единого.
— Мертвы? – усмехнулся еще один страж с растрепанными светлыми волосами. – Пусть так, но я испепелю большинство этих тварей прежде, чем сделаю последний вздох.
— Что ты говоришь, Хотсума? У нас нет права на смерть, — укорил его напарник.
— Вся страна в разрухе: то, что не уничтожили демоны, предала огню гражданская война, – тяжело вздохнул четвертый страж и взглянул на свою напарницу, она лишь кинула в ответ. – Мы – последняя надежда простых крестьян, которые не способны сами себя защитить.
— Атакуют, — констатировала девушка, материализуя из именного кольца большой двуручный меч. – Защищайте Юки!
— Подвинься, — крикнул кто-то сверху, и легкая тень спрыгнула с крыши особняка.
— Оборо! – удивленно вскрикнула Токо. – Вот так сюрприз!
— Решили, вам не помешает еще одна пара стражей, — усмехнулся парень. – А мы как раз были поблизости.
— А Курото где задержался? – спросил Шусей.
— Вон рубится, — Оборо безмятежно улыбнулся, как будто его совсем не заботило, что Тосагаре окружен полчищем демонов.
Стражи проследили за взглядом молодого воина, самого юного среди них, и увидели, как невысокий юноша с черной катаной одного за другим сражает мидвелнов. Он двигался очень быстро, бил точно, и дюры не успевали понять, что разрушает их инфернальные тела. Они снова и снова бросались под острую кромку клинка и рассыпались в прах, а вместо них появлялись новый твари, подбираясь к мечнику все ближе. Когда обступающая юношу тьма была готова поглотить его, Оборо прикрывал напарника, выпуская в демонов несколько электрических разрядов. Молнии били по цепи, уничтожая рядом стоящих демонов, сжигая и мидвелнов, и кишащих повсюду нидаторехов.
— Это они так всех поубивают, оставив нас в стороне от сражения, — хмыкнул огненный страж. В его руке появился замысловатой формы меч Испепелитель, и мужчина направился к Курото, за ним последовал напарник.
Шусей расставлял ловушки, угодив в которые, дюры уже не могли выйти за их пределы. Тех, кто подбирался ближе, он резал хрустальными клинками, но Хотсума старался держать друга позади себя, рубил всех, кто оказывался в пределах досягаемости. Столпившихся в ловушках дюр он сжигал в пламене Божественного Гласа — черный пепел взвивался над землей, оставляя на телах и одежде людей пятна копоти.
Третья пара стражей уже спешила к друзьям на подмогу. Глядя на сражающихся товарищей, Асаги не находил себе места, но не мог позволить себе оставить Юки. Она была слишком слаба, а демоны все прибывали и прибывали, и с каждой новой атакой они становились все сильнее.
— Я чувствую темного некроманта, он совсем близко, и с ним сильные-сильные дюры, — прошептала она.
— Мы справимся.
— Семь высших демонов! И трое из них невероятно сильны! Даже если собрать все силы клана, мы не сможем им противостоять. Надо уходить, Асаги! – Юки попыталась встать, но едва смогла удержаться на ногах, снова села.
— Ты уверена, Юки? – переспросил Тсукумо. У него на плече сидела крохотная синичка, и он, отстреливая дюр, то и дело наклонял голову к птице, будто прислушиваясь.
— Я не могу ошибаться.
— Мне передают, что с некромантом только пять Темных генералов.
— Только пять, — фыркнул Асаги, — этих бы угомонить. Стражи едва сдерживают мидвелнов, я возьму на себя опастов. Что нам делать с некромантом и его генералами – ума не приложу. – Мужчина посмотрел на побледневшую девушку. – Оставайся здесь, я должен помочь нашим товарищам.
— Стой! Нет! Я не могу оставаться в стороне, это наша общая война. Я нужна вам, — решительно Юки поднялась на ноги и, хоть походка ее не была уверенной, подошла к соратнику.
— Да, ты нужна нам, — согласился он. – Держись за моей спиной. Даже если мы все погибнем, ты непременно должна выжить.
— Не погибнете – я не допущу этого! – девушка сжала ладони в кулаки, и из ее груди начало разрастаться слепящее свечение.
Свет не только уничтожал дюр и придавал силы стражам, он накрыл их еще одним непроницаемым куполом, отражающим заклинания опастов.
— Не трать силы, Юки, — увещевал ее исходный страж.
— Это решающий бой, и мы не имеем права проиграть. Мы остались без поддержки главы клана, другие стражи не успеют прийти к нам на выручку. Я буду сражаться наравне с вами, — сказав это, Юки стиснула рукоятку материализовавшегося в воздухе клинка, и встала плечом к плечу со стражами Звелт.
Их малочисленный отряд, окруженный куполом света, противостоял нескончаемым силам тьмы. В пылу сражения, дюры, и без того не отличающиеся кротким нравом, просто теряли рассудок, бездумно бросаясь в опаляющее их свечение. Дюры выше рангом были посмышленее, старались держаться поодаль, пока их собратья гибнут, подставляясь по удары Звелт. Даже пять Темных генералов во главе с Рейгой, заметив стражей в окружении демонов, не ринулись в бой, а остались стоять в стороне, наблюдая, как сражается Божественный свет, искусно орудуя своим ангельским клинком. Они выжидали, когда бессмысленные попытки людей выстоять против армии Инфернуса, окончатся их полной капитуляцией, но израненные стражи не сдавали позиций.
— Смотри-ка, — не преминул заметить Тсукумо, — Темных генералов все-таки пятеро.
— Есть и другие, — уверенно ответила Юки. – Один еще далеко, он сильнее всех прочих, он обладает такой мощью, что с легкостью разорвет наше мироздание. Второй совсем близко, но он пришел сюда не сражаться.
Взгляд Юки пробежал по верхушкам деревьев и задержался в том месте, где скрывался Лука. Он ощутил, как по телу прошел жар, будто сам угодил в Божественное сияние, но остался недвижим.
— Так кто здесь самый опасный?
— Вон та, — Юки кивнула на Элегию, — светловолосая дюра. Но она сюда пришла не за нашими жизнями. Одолеем вон тех четырех генералов – остальные к нам не сунутся.
— Отличный расклад, — согласился Оборо. – По Темному генералу на каждую пару стражей.
— Только куда некроманта девать прикажете? – добавил Курото. – У него в руках Ключ Разиэля, это столь мощный фолиант, что любой заклинатель, даже ни разу не бравший в руки древние книги, целый город развеет по ветру.
— Рейга нам не по зубам, его не убьет ни Божественный свет Юки, ни наше оружие, — удрученно произнес Асаги, — я даже не уверен, что ему сможет противостоять Такаширо.
Друзья увидели, как некромант вскинул руку, и дюры, вняв его беззвучному приказу, отступили. Стражи сомкнули ряды, встали теснее друг к другу, стараясь прикрыть своими телами Юки. Хотя ее барьер все еще защищал их, они не были уверены, что он выстоит против атаки Рейги.
— Ну, что, Звелт? Не устали еще? Может, пора сложить оружие? – заговорил некромант. – Отступите, и я сохраню вам жизни. Мне нужен только Божественный свет.
— Попробуй приблизиться к ней, и я оторву тебе голову, — рыкнул в его сторону блондин с двумя двулезвенными клинками.
— Исходный страж… Твоя магия сильнее прочих смертных. Ты – нефалем**! – в голосе Рейги послышались восторженные нотки.
— И что это меняет?
— Ничего. Элегия, хочешь убить нефалема?
— Спрашиваешь!
— Он твой.
Женщина метнулась вперед со скоростью, неразличимой для взгляда смертных, и остановилась в двух шагах перед Священным барьером.
— Ну давай, достань меня, — ухмыльнулся Асаги.
Словно вняв словам стража, дюра расправила до этого свернутый кнут. Один взмах, щелчок по воздуху – и конец кнута туго опутывает мужчину. Без промедленья она дернула руку на себя, и противник вывалился из-под купола, выронив при этом из рук клинки. Сорвав с себя путы, нифалем вновь материализовал оружие и двинулся навстречу Темному генералу.
— Ух, какой быстрый, — рассмеялась женщина и снова взмахнула кнутом. Фол оружия взметнулся вверх, раздался резкий щелчок – и ремень прошелся вдоль тела стража, рассекая его от плеча до бедра. За доли секунды пал лучший воин на стороне клана Гио. Его тело обмякло и завалилось на бок, заливая землю под собой густой кровью.
– Как-то это было слишком просто… — разочарованно добавила демоница.
— Едва ты лишишься сил, Юки, — тихо произнесла Токо, — мы будем убиты. Сейчас их останавливает только твоя Благословенная стена.
— Я… не могу… Больше… не могу… — шепнули губы девушки, и свет окружавший стражей начал тускнеть.
Пришло время, решил Лука. Светоч перед ним, ее еще пытаются защитить ослабевшие товарищи, но исход битвы предрешен. Он спрыгнул на землю рядом с телом убитого стража, отразил летевший в него со стороны некроманта магический заряд, даже не задумавшись, что неосознанно он спас этим Звелт. Дюр он не боялся: те, что решали прикоснуться к опасту, тут же в агонии падали ему под ноги. Огненная кровь Владыки демонов в его жилах была лучшей защитой от нечисти. Схватив Божественный свет, демон силовым полем оттолкнул от себя стражей, и, развернувшись к Рейге, произнес:
— Пламенный привет тебе, некромант, шлет Владыка демонов. Он просил передать, что скоро вам представит свидеться.
Пыльный смерч возник под ногами Кроссзерия, он взял едва живую девушку на руки, и скрылся с поля сражения.
— Убить Звелт! – приказал некромант, скрипя зубами от злости. Выследить девушку не составит труда, а вот стражей лучше убрать с пути сейчас же.

*бхор (язык демонов) – восход, подъем, начало.
**нефалем (Diablo III) — первое поколение людей в Санктуарии. Они также известны как «Дети Санктуария» в книге «Война Греха». Потомки мятежных ангелов и демонов когда-то давно создавших Санктуарий. Это как нефилим, только нефалем :)

0 комментариев

Оставить комментарий

Комментировать при помощи:
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.